ОБЕТ НАНДЫ И ЯШОДЫ

У Нанды и его жены Яшоды даже после многих лет совместной жизни не родилось ни одного ребенка. В конце концов все братья Упананда, Абхинанда и другие собрались на семейный совет и стали думать, как помочь горю Нанды На совете было решено, что нужно провести большое жертвоприношение. В конце концов, разве не так получил своих сыновей Махараджа Дашаратха?

Пастухи принесли огромное количество топленого масла, пригласили лучших из брахманов, которые выбрали подходящий день и начали проводить ягью. Топленое масло текло рекой, все были счастливы, и только Нанда с Яшодой сидели на жертвоприношении с отсутствующим видом. Жертвоприношение закончилось, но ничего так не произошло.

После обряда Нанда, оставшись наедине с Яшодой, спросил у нее:

– Как ты думаешь, почему это жертвоприношение ничего не дало?

Яшода потупилась. Не дождавшись ее ответа, Нанда сказал:

– Да я и сам знаю, почему. Я, конечно же, хочу, чтобы у меня родился сын, но обычный сын мне не нужен – я хочу сына, который был бы лучше всех на свете. Ведь если уж любить кого-то, то только того, кто лучше и чище всех. Какой смысл любить кого-то другого? Поэтому, когда родичи приходят ко мне и говорят: «Давай проведем жертвоприношение, чтобы у тебя родился сын», – я соглашаюсь, но сам внутри не верю, что все эти обряды принесут то, что я хочу. Сын, о котором я мечтаю, не может прийти ко мне по карме, потому что Он Сам источник и причина любой кармы. Разве бумажный цветок сравнится с настоящим? И разве сможет тот, кто однажды увидел настоящий цветок и вдохнул его аромат, восхищаться бумажной подделкой?

Нанда замолчал. Из глаз его катились слезы:

– Стоит мне на мгновенье отвлечься от дел, как один и тот же образ встает у меня перед глазами: я вижу смуглого младенца с огромными, как лепестки лотоса, глазами. Он играет у тебя на коленях. Груди у тебя переполняются молоком, так что твое сари становится влажным. Кожа Его нежная, как свежесбитое масло. Прекраснее Его нет никого на свете. Его черные шаловливые мечутся по сторонам, а кудри вьются, как рой взудораженных пчел над лотосом. Я не знаю – сон это или явь, но это видение преследует меня, куда бы я ни пошел. Скажи мне правду, неужели, этот младенец уже находится у тебя во чреве?

Яшода смутилась, услышав эти речи:

– Муж мой, образ этого мальчика уже давно преследует меня. Он похитил мое сердце, и с тех пор, как я в первый раз увидела Его, я не могу думать ни о ком другом. Я не знаю, что с этим делать. Я не вижу иного выхода, кроме как гнать от себя эти мысли…

– Не поможет. Я пытался – сколько я ни запрещал себе думать о Нем, Его образ все равно преследует меня повсюду, как наваждение. Всю жизнь я поклоняюсь Нараяне. До сих пор Господь исполнял все наши желания. Неужели же, если мы попросим Его о таком сыне, Он откажет нам?

– Негоже просить чего-то у Бога. Он Сам лучше знает, что нам нужно. Мы Его слуги, а слуги должны просто служить.

– Я готов, но как?

Яшода колебалась. Наконец, после некоторого молчания она произнесла:
– Чтобы умилостивить Господа, Веды рекомендуют соблюдать двадаши-врату.

Нанда просиял:
– Как же я сам не вспомнил! Конечно! Недаром говорится, что целомудренная жена – разум мужчины. С сегодняшнего дня мы будем строго соблюдать этот обет!

Бог находится очень близко – не в раю, не на небе, не за тридевять земель. Он готов подарить Себя нам, однако не торопится делать это. Он ждет, пока наше желание обрести Его не станет таким же сильным, как у Махараджи Нанды и его жены, иначе мы просто не сможем оценить Его дар. Но желание полюбить Бога станет таким сильным и чистым только тогда, когда мы поймем, что нет никакого смысла любить кого-то другого.

Блуждая по миру, все люди ищут, кому бы отдать свое сердце – в глубине души мы знаем, что сердце наше принадлежит не нам. Муж, жена, дети, наука, искусство, родина, все человечество, наконец – всякий раз когда человек делает очередную попытку посвятить кому-то или чему-то свою жизнь, его постигает разочарование. Сердце его постепенно превращается в крематорий умерших любвей. (Интересно, почему в русском языке слово «любовь» так неохотно склоняется во множественном числе? Не потому ли, что любовь не терпит множественного числа?)

Однако, если человеку повезет, и в его сердце прорастет семя желания полюбить Бога, то каждая неудачная попытка полюбить кого-то другого будет только усиливать это желание – сгоревшая надежда оставляет пепел, а пепел делает землю более плодородной. Но одного разочарования мало – чудеса не начнут случаться с нами до тех пор, пока образ Бога не станет преследовать нас как наваждение и плач по Богу не польется из нашего горла. Неслучайно на санскрите такое желание называется «самуткантха». «Кантха» значит «шея» или «горло», приставка «сам» означает «полностью», а «ут» указывает на движение вверх. Сильное желание и разрывающая сердце тоска, побуждает человека вытягивать шею так, как будто он пытается дотянуться до предмета своих желаний – это непроизвольное движение запечатлено в слове «самуткантха» – предельно вытянутое горло, из которого льется плач.

Как еще выразить это разрывающее сердце желание, если не стихами?
«Вечно голодные глаза мои жаждут увидеть образ любимца Враджа,
Который свело с ума всех обитателей Вселенной.
С черными бровями, изогнутыми, как лук,
с искристыми, излучающими любовь глазами,
обрамленными длинными ресницами, и алыми губами,
Он давно присвоил Себе мой ум. Речи Его плавят мое сердце,
а чистые звуки Его флейты пьянят сильнее любого вина».

Но откуда сильное желание полюбить Бога возьмется у нас, если мы не то что не видим Его, но даже не чувствуем, а то и вовсе сомневаемся в Его существовании? Сначала кто-то должен заронить в нас семя этого желания, а затем, чтобы оно выросло и превратилось в большое дерево, нужно тщательно прополоть сердце от сорняков материальных желаний.

Пост и молитва – два обычных способа очистить сердце. Пост ослабляет в человеке естественную тягу к наслаждениям, подавляя желание эксплуатировать этот мир, а молитва направляет сознание внутрь, к Богу. В каждой религии есть свои посты и все они благотворны, но Веды прославляют особый вид поста, связанный с лунными фазами – двадаши-врату.

Соблюдающие двадаши-врату полностью постятся на одиннадцатый день убывающей и прибывающей луны, в Экадаши, а на следующий день – в Двадаши – едят особую пищу и только один раз, обязательно до окончания двенадцатой лунной фазы. Пост в этот день лунного цикла, как ни в какой другой день, защищает ум от атак материальных желаний и усиливает желания духовные. Экадаши – специальный дар Бога людям. Подобно тому, как Ганга освящает все земли, по которым протекает, дерево туласи – дом, в котором растет, а «Шримад-Бхагаватам» – того, кто его читает, соблюдение Двадаши-враты освящает сердце человека, очищая его от следов материальных желаний (разумеется, если человек того хочет). Поэтому в «Сканда-пуране» Маркандея Риши говорит:

«Поистине, чиста та пища, которой угощает вайшнав.
Так же чиста, как вода небесной Ганги,
ум человека, в чьих думах поселился Вишну,
и сердце того, кто постится в день Экадаши».

Сердце Нанды и Яшоды уже и так было чистым. Не было в нем никаких других желаний, но, чтобы подать пример нам, они стали соблюдать двадаши-врату.

Целый год Нанда и Яшода постились два раза в месяц. Двадцать четыре ипостаси Вишну одна за другой дали им Свои благословения. Тоска по Кришне, и до того разрывавшая их сердце, месяц от месяца становилась все сильнее. В конце концов, по прошествии года, Сам Вишну, которому всю жизнь служил Нанда, одновременно пришел во сне к Нанде и Яшоде. С состраданием глядя на них, Он произнес:

– В чем причина вашего горя? В прошлой жизни вы хотели любить Меня как своего сына. По благословению Брахмы, ваше желание скоро исполнится – у вас родится малыш с кожей синей, как цветок льна, и любовь к Нему переполнит чашу вашего сердца.

«Что за ерунда! – возмутится здравомыслящий читатель, – кому придет в голову любить Бога как своего сына?!» И я, конечно же, соглашусь с ним. Действительно, кому? Но ведь, согласно этой логике, и любовь к Богу – аномалия, отклонение от нормы, опасная болезнь. Поэтому зачем уточнять? Почему просто не спросить: «Кому в здравом уме придет в голову любить Бога? Не лучше ли заняться чем-то более насущным?» И если уж такая беда случилась с человеком, то так ли важно, как именно он любит Бога? Тот, кто не верит в Бога, не верит и в любовь к Нему. Но, для того, кто поверил в Бога, нет ничего невозможного.

© Бхакти Вигьяна Госвами
«Рождение нерожденного», Джанмаштами, 19.08.2022 год

Choose your Reaction!
Leave a Comment

Your email address will not be published.